ПРЕДЫДУЩИЕ СТАТЬИ [начало] | [конец] ПОСЛЕДУЮЩИЕ СТАТЬИ | ||||||||||
Иоанн V Алексеевич | |||||||||||
| Иоанн IV Васильевич Грозный | |||||||||||
| Иоанн IV (русский митрополит XII века) | |||||||||||
| Иоанн III Васильевич | |||||||||||
| Иоанн III (русский митрополит XI века) | |||||||||||
ПРЕДЫДУЩИЕ СТАТЬИ [начало] | [конец] ПОСЛЕДУЮЩИЕ СТАТЬИ | ||||||||||
| Иоанн V Алексеевич | |||||||||||
| Иоанн IV Васильевич Грозный | |||||||||||
| Иоанн IV (русский митрополит XII века) | |||||||||||
| Иоанн III Васильевич | |||||||||||
| Иоанн III (русский митрополит XI века) | |||||||||||
оанн VI Антонович, иногда называемый также Иоанн III (по счету царей) - сын племянницы императрицы Анны ИоанновныИ
, принцессы Маклебургской Анны Леопольдовны и герцога Брауншвейг-Люнебургского Антона-Ульриха, родился 12 августа 1740 г. и манифестом Анны Иоанновны, от 5 октября 1740 г., объявлен был наследником престола. По смерти Анны Иоанновны (17 октября 1740 г.) Иоанн провозглашен был императором, а манифест 18 октября объявил о вручении регентства до совершеннолетия Иоанна Бирону . По свержении Бирона Минихом (8 ноября) регентство перешло к Анне Леопольдовне, но уже ночью 25 декабря 1741 г. правительница с мужем и детьми, в том числе и с императором Иоанном, были арестованы во дворце Елизаветой Петровной , и последняя провозглашена была императрицей. Она намерена была выслать низверженного императора со всей его семьей за границу, и 12 декабря 1741 г. они были отправлены в Ригу, под присмотром генерал-лейтенанта В.Ф. Салтыкова; но затем Елизавета переменила намерение, и, еще не доехав до Риги, Салтыков получил предписание ехать как можно тише, а в Риге ждать новых распоряжений. В Риге арестанты пробыли до 13 декабря 1742 г., когда были перевезены в крепость Динамюнде. У Елизаветы окончательно созрело решение не выпускать Иоанна и его родителей, как опасных претендентов, из пределов России. В январе 1744 г. последовал указ о перевозе бывшей правительницы с семьей в г. Раненбург (Рязанской губернии), причем исполнитель поручения, капитан-поручик Вындомский, едва не завез их в Оренбург. 27 июня 1744 г. камергеру барону Н.А. Корфу предписано было отвезти семью царственных узников в Соловецкий монастырь, причем Иоанн, как в течение этого путешествия, так и на время пребывания в Соловках, должен был быть совершенно отделен от своей семьи, и никто из посторонних не должен был иметь к нему доступа, кроме только специально приставленного к нему надсмотрщика. Корф довез арестантов только до Холмогор и, представив правительству всю трудность перевоза их на Соловки и содержания там в секрете, убедил оставить их в этом городе. Здесь Иоанн пробыл около 12 лет в полном одиночном заключении; единственным человеком, с которым он мог видеться, был наблюдавший за ним майор Миллер, в свою очередь, почти лишенный возможности сообщения с другими лицами, стерегшими семью бывшего императора. Слухи о пребывании Иоанна в Холмогорах распространялись, и правительство решило принять новые меры предосторожности. В начале 1756 г. сержанту лейб-кампании Савину предписано было тайно вывезти Иоанна из Холмогор и секретно доставить в Шлиссельбург, а полковнику Вындомскому, главному приставу при брауншвейгской семье, дан был указ: "оставшихся арестантов содержать по-прежнему, еще и строже и с прибавкой караула, чтобы не подать вида о вывозе арестанта; в кабинет наш и по отправлении арестанта репортовать, что он под вашим караулом находится, как и прежде репортовали". В Шлиссельбурге тайна должна была сохраняться не менее строго: сам комендант крепости не должен был знать, кто содержится в ней под именем "известного арестанта"; видеть Иоанна могли и знали его имя только три офицера стерегшей его команды; им запрещено было говорить Иоанну, где он находится; в крепость без указа Тайной Канцелярии нельзя было впустить даже фельдмаршала. С воцарением Петра III положение Иоанна не улучшилось, а скорее еще изменилось к худшему, хотя и были толки о намерении Петра освободить узника. Инструкция, данная графом А.И. Шуваловым главному приставу Иоанна князю Чурмантьеву, предписывала, между прочим: "Если арестант станет чинить какие непорядки или вам противности или же что станет говорить непристойное, то сажать тогда на цепь, доколе он усмирится, а буде и того не послушает, то бить по вашему усмотрению палкой и плетью". В указе Петра III Чурмантьеву от 1 января 1762 г. повелевалось: "Буде, сверх вашего чаяния, кто б отважился арестанта у вас отнять, в таком случае противиться сколь можно и арестанта живого в руки не давать". В инструкции, данной по восшествии на престол Екатерины Н.И. Паниным , которому был доверен ею главный надзор за содержанием шлиссельбургского узника, этот последний пункт был выражен еще яснее: "Ежели паче чаяния случится, чтоб кто пришел с командой или один, хотя б то был и комендант или иной какой офицер, без именного за собственноручным Ея Императорского Величества подписанием повеления или без письменного от нее приказа, и захотел арестанта у вас взять, то оного никому не отдавать и почитать все то за подлог или неприятельскую руку. Буде же так оная сильна будет рука, что спастись не можно, то арестанта умертвить, а живого никому его в руки не отдавать". По некоторым известиям, вслед за воцарением Екатерины, Бестужевым 
составлен был план брака ее с Иоанном. Верно то, что Екатерина в это время виделась с Иоанном и, как сама признала позже в манифесте, нашла его поврежденным в уме. Сумасшедшим или, по крайней мере, легко теряющим душевное равновесие изображали Иоанна и рапорты приставленных к нему офицеров. Однако Иоанн знал свое происхождение, несмотря на окружавшую его таинственность, и называл себя государем. Вопреки строгому запрещению чему бы то ни было его учить, он от кого-то научился грамоте, и тогда ему разрешено было читать Библию. Не сохранилась и тайна пребывания Иоанна в Шлиссельбурге, и это окончательно погубило его. Стоявший в гарнизоне крепости подпоручик смоленского пехотного полка Василий Яковлевич Мирович вздумал освободить его и провозгласить императором; в ночь с 4 на 5 июля 1764 г. он приступил к исполнению своего замысла и, склонив с помощью подложных манифестов на свою сторону гарнизонных солдат, арестовал коменданта крепости Бередникова и потребовал выдачи Иоанна. Пристава сперва сопротивлялись с помощью своей команды, но, когда Мирович навел на крепость пушку, сдались, предварительно, по точному смыслу инструкции, убив Иоанна. После тщательного следствия, обнаружившего полное отсутствие сообщников у Мировича, последний был казнен. В правление Елизаветы и ее ближайших преемников самое имя Иоанна подвергалось гонению: печати его царствования переделывались, монета переливалась, все деловые бумаги с именем императора Иоанна предписано было собрать и выслать в Сенат; манифесты, присяжные листы, церковные книги, формы поминовения особ Императорского дома в церквах, проповеди и паспорты велено было сжечь, остальные дела хранить за печатью и при справках с ними не употреблять титула и имени Иоанна, откуда явилось название этих документов "делами с известным титулом". Лишь высочайше утвержденный 19 августа 1762 г. доклад Сената остановил дальнейшее истребление дел времени Иоанна, грозившее нарушением интересов частных лиц. Сохранившиеся документы были частью изданы целиком, частью обработаны в издании Московского архива министерства юстиции. - Литература: Соловьев "История России" (тома XXI и XXII); Hermabn "Geschichte des Russischen Staates"; М. Семевский "Иван VI Антонович" ("Отечественные Записки", 1866, т. CLXV); Брикнер "Император Иоанн Антонович и его родственники 1741 - 1807" (М., 1874); "Внутренний быт русского государства с 17 октября 1740 г. по 25 ноября 1741 года" (издания Московского архива министерства юстиции, т. I, 1880, т. II, 1886); Бильбасов "История Екатерины II" (т. II); некоторые сведения в статьях "Русской Старины": "Судьба семейства правительницы Анны Леопольдовны" (1873, т. VII) и "Император Иоанн Антонович" (1879, т. XXIV и XXV). В. М-н.
См. также статьи:
Анна Иоанновна ;
Анна Леопольдовна ;
Багрянский Михаил Иванович ;
Бироны (собственно Бирены) ;
Брауншвейгская династия ;
Гурьевы ;
Екатерина II Алексеевна ;
Елизавета Петровна ;
Крафт Георг Вольфганг (Krafft) ;
Ушаков Андрей Иванович 
;
Юсуповы (Юсупово-Княжевы) 
.
